Випассана и правильный взгляд
06/09/08 | Комментарии
Дисциплина означает чистоту всех действий речи и тела. Развитие спокойствия очищает ум от пяти препятствий. Что же очищается мудростью, или медитацией прозрения, при помощи которой развивается эта мудрость? Практика прозрения связана с первой ступенью Восьмеричного Благородного Пути правильным воззрением, или взглядом, который задает тон всей дальнейшей практике медитации.
Бхикху Кхантипало в книге «Спокойствие и прозрение» пишет:
“Мудрость прозрения очищает взгляды. Очень важно понять, что подразумевается под этим понятием. Это слово охватывает предположения, мнения, верования и измышления. Бросим на них более пристальный взгляд. Каждым утром, после пробуждения, я предполагаю, что оно принадлежит мне, что это я лежу там. Такое предположение совершается автоматически, без каких бы то ни было размышлений. Я могу также иметь определенные мнения об этом теле, о том, что для него полезна такая-то пища, а такая-то вредна; это идеи, которые возникают после некоторого размышления. И я могу придерживаться определенного убеждения относительно этого тела, например, верить, что в будущем оно воскреснет. Такие верования подразумевают преданность какому-то религиозному учению и могут также включать или не включать в себя размышления об этих доктринах – принятие их или философствование о них. Философские спекуляции суть результаты обдумывания, разработки и заполнения пробелов в какой-то системе; а создание системы заключает в себе все другие три оттенка мнения, в особенности предположение. Когда человек просто предполагает нечто, не обладающее подлинной истинностью, для него все же существует возможность увидеть ошибочность своих предположений – сначала интеллектуально, благодаря учениям других людей и своему собственному опыту; но если он уже имеет какое-то мнение по данному вопросу, будь то питание или политика, ему окажется трудно усмотреть в нем то, что не является истинным. Если в дело будут замешаны верования, означающие учения, свойственные некоторым особым религиям, тогда ему станет уже очень трудно видеть вещи ясно; а если эти верования были разработаны в некоторую философию, не останется никакой надежды на то, что он когда-либо сможет увидеть вещи в ином свете, отличном от его системы.
Мы привязываемся к взглядам. Они составляют как бы одну ножку, на которой покоится понятие «я» – души; а две другие – это жадность и гордость (или концептуализация). Взгляды поддерживают понятие о «я», они представляют собой самый его корень; потому что основным понятием, некотором основаны все взгляды, является понятие «я» – «я есмь». Все они охватывают различные времена глагола «быть « – «я был»»я буду», «я есмь», а также и отрицательные формы: «я не был», «я не буду», «меня нет». Из этого основного материала формируются неисчислимые тысячи взглядов, которых придерживаются люди. Поскольку эти взгляды столь близки к понятию «я», не приходится удивляться тому, что люди привязаны к ним и даже яростно их защищают. Они были в прошлом и остаются также в настоящем причиной множества дукха, даже убийств и истребления людей. Нет ничего на свете, что фанатики, получающие огромное самоудовлетворение от своих закостенелых взглядов, не сделали бы во имя того, что они слепо считают правильным.
Привязанность в любом случае оказывается духовным препятствием. Верно, что некоторые привязанности, например, к чувственным удовольствиям, представляют собой более грубое препятствие, нежели другие виды привязанности. И привязанность к какому-то религиозному верованию может не препятствовать достижению джхан в этой жизни и небесного мира Брахмы – в следующей. Это справедливо при наличии прочной основы добродетели. Но привязанность к взглядам действительно препятствует достижению просветления, ибо оно характеризуется не-привязанностью, отсутствием привязанности к чему бы то ни было: к телу, к чувствам, к. восприятию, к психическим формациям и к сознанию. Устойчивые взгляды с необходимостью предполагают сильную привязанность к психическим формациям, подкрепляемым чувством.
Какого же рода взгляды встречаются в нашей жизни? Их можно разделить на ложные взгляды с устойчивой предназначенностью, ложные взгляды без устойчивой предназначенности, мирской правильный взгляд и надмирный правильный, или совершенный, взгляд. Последний можно также назвать отсутствием взгляда.
Ошибочный взгляд с устойчивой предназначенностью означает укоренившиеся мнения такого рода, которые приводят придерживающихся их людей к совершению зла, к нарушению заповедей, к созданию нездоровой каммы. В качестве примера можно привести коммунистических фанатиков: они верят, что благодаря уничтожению некоторой части людей появятся возможности построить лучшее и более справедливое общество. В данном случае сама доктрина побуждает к насилию и классовой ненависти; а потому, если учесть, что здесь налицо просто отвращение, второй корень нездоровья, можно ожидать, что ее последователи будут выражать свою ненависть (и зависть) в действиях тела и речи. Уничтожив своих «классовых врагов», они (хотя и уверенные в том, что действовали справедливо) в следующей жизни быстро пожнут «предназначенную им судьбу», которая окажется болезненной и очень длительной.
В общем, подобные ложные взгляды, наихудшие и заслуживающие наибольшего порицания в смысле вызываемого ими страдания, имеют корни в отвращении и ведут к насилию и жестокостям.
В противоположность этому, в случае «ложных взглядов без предназначенной судьбы» на первый план выступают корни алчности и заблуждения. Мы заблуждаемся и имеем неверные взгляды относительно пяти агрегатов, когда считаем: «они мои; я есмь они; они суть мое «я» (моя душа). Но если мы придерживаемся такого взгляда, если он глубоко внедрен в пашу психику, это не дает определенных результатов; ибо даже придерживаясь такого взгляда, мы. тем не менее, можем создать много хорошей каммы. Этот взгляд ошибочен, ибо анализ не обнаруживает никакого «я», никакой «личности, или «обладателя», – однако он остается неоформленным.
Что же касается оформленных ложных взглядов этого типа, то они означают принятие в качестве истинных таких доктрин, как христианское учение, о Троице или о едином и неделимом Боге в исламе, или о множестве богов, которые все являют собой отражение божественной основы существования, как это полагает индуистская адвайта-веданта. Здесь перед нами три весьма различных верования, каждое из которых считается истинным последователями. Для подобных взглядов характерен один признак: даже когда они не вызывают насилия, они всегда производят разделение и споры. Материал, находимый во всех этих взглядах и доктринах, составляющих предмет верований, имеет также и еще один характерный признак: они недоказуемы; когда в последней инстанции логика оказывается бессильной, нужно просто верить в них или отвергать их.
Ложные взгляды подобного рода, оформленные в доктрины, могут и не приводить своих последователей к созданию какой-нибудь нездоровой каммы в сфере деятельности тела или речи; их последователи фактически могут, разумеется, быть превосходными людьми и создавать в изобилии хорошую камму милостыней, добродетелью и развитием медитации спокойствия. На данном пути для них нет «неподвижного и болезненного результата», скорее, этот результат принесет им большое счастье в будущем. Но ложный взгляд без устойчивого предназначения действительно препятствует культивированию мудрости и, наверняка, создаст условия, при которых даже практика медитации прозрения, или випассана-бхавана, не даст освобождающего результата. Привязанность к взглядам препятствует освобождению.
Вот пример для иллюстрации. Монах римско-католической церкви проходит практику дзадзэн, сидячей медитации, в монатыре дзэн в Киото. Однажды во время собеседования учитель говорит ему: «Ты должен отбросить Бога» – иначе говоря, ему надо отбросить свою привязанность к понятию «Бога», полностью от него освободиться. Что же ему делать? Если он отбросит Бога, он сможет развить терпенье и достичь прозрения, випассаны; но тогда ему необходимо перестать быть католиком. Если же он не сделает этого, он останется внутри церкви, однако не будет в состоянии идти по пути прозрения в своей практике. Его медитация в области спокойствия может быть прекрасной; но развитие медитации прозрения оказывается невозможным, ибо он остается привязанным к мнениям.
Будда определял Правильный Путь как Четыре Благородные Истины. Мирской правильный взгляд представляет собой наличие ясного понимания принципов этих истин, т. е. понимание при помощи изучения интеллектуального мышления. Почему же он сделал эти благородные истины средоточием своего учения? Почему они называются правильным путем? Здесь Будда подобен врачу, посетившему больного. Врач осматривает больного, чтобы обнаружить симптомы болезни; затем на основании своего знания он прописывает лекарство, соответствующее поставленному диагнозу, и говорит: «Если вы примете прописанное мною лекарство, вы через некоторое время станете здоровы».
Будда, как врач всего мира, видит горе, от которого страдает человечество, – дукха в ее грубой и тонкой форме. Его диагноз заключается в том, что дукха возникает из различных видов вожделения. Больше вожделения – больше дукха. Он предписывает прием лекарства – добродетель, медитацию и мудрость прозрения и ожидает, что при регулярном приеме этого лекарства согласно его указаниям результатом будет полное излечение. Различие между врачами этого мира и Учителем врачей заключается в том, что первые лечат только тело, а их «исцеление» ума оказывается лишь устранением некоторых симптомов, но не причин заболевания; кроме того, их пациенты могут снова заболеть; тогда как Будда действует непосредственно на ум, из которого проистекают многие болезни, как телесные так и душевные; а приносимое им исцеление – при условии приема полного курса лекарства – является необратимым. Болезнь-дукха оказывается устраненной навсегда.”
— Dharmalingam
Комментарии
Комментирование этой статьи закрыто
