Может ли буддист убивать?
09/06/08 | Комментарии
Всякий кто, более активно, чем окружающие, начинает интересоваться той или иной религией слышит вопрос любопытных: « А вам можно делать то, или это…?» Буддизм здесь не исключение, хотя человек практикующий психотехники Будды, не обязательно может быть буддистом. Лично я видел множество практиков буддийской медитации, которые формально не связывают себя с буддизмом, тем не менее медитируют чтобы поправить свое душевное состояние. Радостно за них, ведь это еще раз доказывает универсальность методов Будды.
Рассуждения о ненасилии, которые приводились в разделе о поведении, разумеется, уместны для серьезных практиков, которые поставили медитацию на первое место в своей жизни, ограничив количество социальных обязанностей. Кстати, монашество для этого не обязательно принимать.
И все же часто задаваемый любопытными лицами вопрос – «а можно ли буддисту участвовать в военных действиях и брать в руки оружие» ответ не всегда такой прямолинейный. Поскольку в буддизме всегда четко разделялись «права и обязанности» между мирянами и монахами.
В своей «нагорной проповеди» Христос читал мораль про то, что если тебя бьют по одной щеке, то надо подставлять другую; отдавать вторую рубашку, если у тебя забирают одну и т. д. В ходе истории мы уже убедились, что эти заповеди не реалистичны, если их навязывать всем членам общества в массовом порядке. И в принципе их никто из христиан толком и не исполнял, поскольку кому-то все равно приходилось брать в руки оружие со всеми вытекающими последствиями. Забавно видеть разные интерпретации этих нотаций, типа «Ну, Христос, не то имел в виду… Не надо так буквально понимать…» Будто Христос, не для них не Бог, и не понимал, что говорит. И по сути дела заповеди о ненасилии могли исполнить только единицы типа Серафима Саровского, который вел образ жизни буддийского монаха – не имел семьи, особых социальных обязанностей. Он, кстати, был побит разбойниками и не оказал сопротивления, но не из-за малодушия, а из-за принципа ненасилия. Достойный пример для подражания, но всем. Если бы русские военные, его современники, поступали также во время военных действий, то карта мира была бы иной.
Когда мы читаем Палийские сутты, прежде всего надо помнить, что многие наставления Будда адресует монахам, уже оставившим мир и свои мирские обязанности. Например, монахам дисциплина предписывает не принимать золото и серебро (иногда под золотом и серебром понимаются также и бумажные деньги). Мирянам Будда не приказывал избегать дел, связанных с золотом, серебром или деньгами. То же самое можно сказать и о применении оружия. Что кается монахов, они должны следовать ненасилию (ахимса), даже если кто-то им угрожает. Будда никогда не указывал царям и воинам-кшатриям бросать оружие или не исполнять свой воинский долг. В Синхасутте Будда предупреждает военноначальника Синху о последствиях каждого негативного действия, но не призывает его, во что бы то ни стало, бросать свое дело. Применение силы и совершение убийства, разумеется, влечет за собой негативные последствия.
Однако в большом городе кто-то живет в районах более загрязненных, кто-то в более чистых. Кто-то выполняет работы более опасные для жизни, кто-то менее опасные. Кто-то может оставить более опасную работу и перейти на менее опасную, при этом ему придется оставить одни обязанности и принять другие. Поэтому, на вопрос «можно ли буддисту участвовать в военных сражениях и т. д.», ответ приблизительно звучать будет так – «смотря кому, смотря когда, смотря где». Поэтому, может ли человек военный считать себя буддистом, или практиковать методы медитации Будды и не испытывать при этом комплекса вины? Определенно может.
Из истории мы знаем не мало примеров, когда буддийские царства вели войны с захватчиками, и, причем под лозунгом «не ради спасения государства, но ради спасения Дхаммы», как это было в Шри-Ланке. Поэтому пацифистки настроенный, западный буддист, которому противны войны и всякий вид насилия, должен помнить, что все психотехнические методы, которые мы можем сегодня изучать и практиковать, дошли до нас не только благодаря монашествующим ученым и созерцателям, но и деятельности буддистов-мирян, разных профессий, которые оказывали и финансовую и военную поддержку оплотам буддийской цивилизации.
Нам известно, что повлекло ослабление военной мощи народов Индии несколько веков назад, когда буддизм был полностью вытеснен исламом из традиционных оплотов буддийской цивилизации Западной Индии (ныне «Пакистан»). Сегодня мы только с сожалением можем смотреть на реликты буддийской цивилизации в тех регионах, где сегодня радикальные исламисты заявляют, что история их страны началась только с ислама, а до этого вообще ничего хорошего не было.
Сингальский текст Махавамса (Mahavamsa 25:109-112) описывает историю царя Dutthagamani, который после военного похода на Индию сокрушался о жертвах набега. Его пришли утешать восемь арахантов и сказали, что бы царь не сокрушался, поскольку смерть существ, не следующих Дхамме и злодеев плачевна не более чем смерть животных. Махавамса не есть слово самого Будды, тем не менее он отражает место Дхаммы в обществе. Буддизм не отменяет государственные институты как армия и полиция. Буддизм – это не пацифистская идеология, которая призывает всем давать, и ничего не защищать. С другой стороны, буддизму чужда воинственность и агрессивность против не-буддистов с целью их обратить в «правильную веру». Просто в буддизме монах должен быть монахом, царь царем, военноначальник военноначальником. Так что, будем смотреть на жизнь трезво.
— Дхармалингам
