Правильное питание и медитация
07/02/08 | Комментарии
Каждый «духовный» путь имеет свои правила в отношении пищи. Одни системы рекомендуют практику одни виды пищи, для других путей та же пища будет не чистой, не «халал», и не «кошерной». Что же говорит Будда по поводу правильной диеты для практика буддийской медитации. Прежде всего, сама по себе пища не влияет результат психотренинга, если только она не испорченная, их ее количество было в пределах нормы. Невозможно «очистить» тело, если мы будем есть один вид пищи и не есть другой. Как заметил Бхиккху Кхантипало, что бы мы ни ели, «нечистыми» оказываются выводимые в результате этого из организма жидкие и плотные вещества. Все же практику медитации надо проявлять осмотрительность и не есть того, что вызывает беспокойство тела, например, как уже говорилось, не свежие или тяжело перевариваемые продукты, вызывающие тяжесть и сонливость
Практики медитации всегда задаются вопросом, можно ли есть рыбу и мясо. Что говорит об этом Будда? Конечно, он говорил кое-что по данному вопросу, объясняя правила общежития для монахов и монахинь. Сам Будда и другие монахи собирали пищу, безмолвно проходя по улицам и базарным площадям; они принимали все, что люди имели счастье им подать. Согласно наставлениям Будды, монаху не следует просить какой-то особой пищи, если он не болен; будучи здоров, он может просить ее только у тех людей, которые пригласили его, чтобы осведомиться о его нуждах. Таким образом, Будда, а также монахи и монахини ели все, что им попадалось, и пользовались этой пищей в качестве лекарства, чтобы лечить такую болезнь, как голод. Известно, что Будда ел мясо и разрешал есть его монахам, но при условии, что никто из них не видал, не слышал и не подозревал что животное убито специально для них; в последнем же случае принимать угощение запрещено, и Будда подчеркивает, что много дурной каммы создают дарители таким убийством и стараниями предложить мясо в качестве пищи.
Имеется также список особых сортов мяса, есть которые монаху по различным причинам запрещено. Однако мясо животных, перечисленных в этом списке, сегодня вряд ли найдется в монашеской чаше для сбора милостыни. Например, мясо слона. Когда монах полагается на собственную чашу и на безмолвный обход людей для сбора пищи, как это все еще делается и поныне в Юго-Восточной Азии, он берет все, что ему дают; и это хорошо для развития душевного довольства. Конечно, нет необходимости в том, чтобы есть все полученное; здесь дело зависит от выбора монаха.
Относительно домохозяев Будда не устанавливал никаких правил; у них есть деньги, и они могут купить то, что им нужно. Здесь уместно вспомнить, как предмет пищи проникает в каждую популярную религию и зачастую занимает в ней важное место благодаря «пирам» и «постам». Будда не хотел, чтобы его учение стало «погоней за едой», хотя фактически в каждой буддийской стране стали подчеркивать различные аспекты пищи, что отражает силу страстного желания, танхи, которое является подлинной причиной такого интереса. Вследствие этого человеческие желания легко принимаются за потребности; а на основе желаний возводятся разнообразные суперструктуры взглядов – верования, теории, мои Идеи…
По словам, Бхиккху Кхантипало, чем сильнее развиты сострадание и любящая доброта, тем меньшую привлекательность имеют те виды пищи, которые включают в себя убийство животных. Но тут необходимо тщательно следить за тем, чтобы вегетарианец не указывал на других осуждающим перстом: это будет лишь отвращением, доша, вторым из трех корней нездорового образа жизни. Другая опасность заключается в чрезмерной озабоченности по поводу пищи: «Утром у меня было такое-то сочетание пищи, значит, теперь мне надо уравновесить его тем-то и тем-то… » Такой подход можно назвать «пищевым неврозом», который коренится в алчности, лобха – первом корне зла. Тело будет жить не более ста лет или около того; и вот в течение всего этого времени даже обычные люди тратят столько энергии на пищу, на ее покупку, приготовление, на еду! Отводимого на все это промежутка времени не следует увеличивать! Существование ума продолжается гораздо дольше – даже до бесконечности, если мы вообще не совершаем никаких усилий, направленных к просветлению; и ему следует уделять больше внимания – внимания и времени; тогда он вознаградит нас за это таким образом, каким никогда не сможет вознаградить тело. Следовательно, существуют особые отношения к пище, долженствующие подчеркнуть нашу святость в сравнении с другими; но никто не становится более святым в силу того, что ест или не ест какую-то пищу. Надлежит быстро пресекать самую мысль об этом, лишь только она возникнет, поскольку она являет собой чистую гордость; отсекая ее, мы освобождаемся от третьего нездорового корня – от заблуждения, или моха.
В ходе истории в уста Будды были вложены слова, весьма сильно защищающие вегетарианское питание, так что некоторые буддийские группы, главным образом в Китае и Японии, придерживаются строго вегетарианской пищи. Мудрость Будды становится очевидной, если мы примем во внимание условия Тибета и Монголии, где буддисту-вегетарианцу во время зимы пришлось бы очень нелегко! Умеренное и уравновешенное отношение Будды можно видеть в отрывке о размышлении над пищей, который монахи и монахини сохраняют в уме во время еды: «Тщательно размышляя, я пользуюсь этой пищей не для удовольствия, не для излишеств, не для личного очарования, не для украшения себя, но только для поддержания этого тела, чтобы 6ы оно продолжало: существовать, чтобы уберечь его от вреда, как опору святой жизни; так, чтобы разрушить прежние чувства голода и не дать возникнуть новым чувствам вследствие чрезмерной еды; тогда для меня уменьшится число телесных помех, и я буду жить спокойно». Хорошо размышлять так перед едой и, насколько это, возможно, держать отрывок в уме и во время еды. В этом отрывке «пища» буквально означает: «пища, полученная в виде подаяния»; под «личным очарованием» подразумевается приобретение стройности, тогда как «украшение» – это полнота и округление тела; слова «жить спокойно» имеют особый внутренний смысл, означая: «устойчиво пребывать в медитации»; последнее состояние обычно и называют «устойчивым пребыванием в теле».
— Дхармалингам
